Татьяна (ta) wrote,
Татьяна
ta

Categories:

Тело-Я, заметки на полях конспекта по телесной гештальт-терапии. 1

Три года назад я прошла телесную специализацию у Льва Черняева. Одной из задач, которую я там решала, было подружить в моей голове гештальт-терапевта и психофизиолога. Эта работа до сих пор продолжается. Иногда на этом пути меня посещают мысли, которыми я хочу поделиться и обсудить. По возможности на общечеловеческом языке. Я наметила себе несколько тем, которые для меня группируются вокруг дурацкого словечка, которое я в прошлом году придумала для описания опыта интенсива по телесной гештальт-терапии – “тело-я”. Потому что мне интересно написать эти тексты по возможности выразив идею единства психического и физического не только в логических построениях, но но и в способе говорить. Лучшего слова для себя телесной у меня пока не нашлось.
Идеи, о которых я буду писать, не новы хоть и являются осмыслением персональной практики. Думая о телесности в гештальт-терапии, я опираюсь на теорию функциональных систем П.К. Анохина и системную психофизиологию В.Б. Швыркова, на холизм в работах Ф. Перлза и представления о личности как о целом Дж. Кепнера, на доступные мне тексты по бодинамике, на лекции Л.Л. Черняева, статьи Е.С. Мазур и много что еще, наверное. Несмотря на серьезность всего сказанного выше, я хочу сохранить то, что мне ценно в этих записях, их интонацию и источник – все-таки это заметки на полях моих конспектов по телесной специализации.
Начну я с конца, скромненько, с самого простого – с решения психофизиологической проблемы в рамках теловоззрения каждого человека 😉

Часть 1. Про тело и душу

Когда я произношу “я телесный гештальт-терапевт”, сама себе удивляюсь. Может сложиться впечатление, что бывают бестелесные гештальт-терапевты или бестелесные клиенты. Перефразирую девочку Алису из сказки Льюиса Кэрола: “Видала я тела без души, но душу без тела! Такого я еще в жизни не встречала”.

В разговорах с друзьями, с клиентами и со случайными попутчиками я слышу историю об “отношениях с телом”. “У меня экзамены, а оно вдруг решило болеть”. “Я хочу похудеть, а оно требует вкусняшку”. “Как бы так договориться с телом, чтобы спать поменьше”. “Умом понимаю, что не страшно, а дрожу как осиновый лист!” Чуть иным языком я рассказываю студентам про то же самое – про психофизиологическую проблему: как физиология связана с психикой, параллельно, взаимно или системно. Сама слушаю лекции о конфликте культуры и натуры: первая – социальная, вторая – биологичная, а между ними, конечно, конфликт. Но в последнее время я задумываюсь о том, что такой способ мышления – ловушка. Потому что за всеми этими построениями скрывается одна очень простая мысль: опыт, мысли, желание быть частью группы и то, как я встраиваюсь в социум, – все это доступно мне через тело. То, как проживается опыт, какие эмоции и мысли возникают и как я соотношусь с группой, во многом меняется вместе с состоянием тела.

В процессе написания этого текста из предыдущего абзаца я убрала местоимения “мой” и “мое”, потому что написав “мое тело”, я бы снова провела черту. Есть тело и есть я. Я владею телом. Так вот, я не знаю, будет ли у меня какое-то посмертное существование, будет оно телесное или бестелесное, но в этой материальной инкарнация я, такая какая я есть, неразделима с телом. Тело-я.

Но это только часть правды. На жаргонном внутреннем языке гештальт-терапевтов мы иногда говорим, что у клиента нет контакта с телом, что он не сильно телесный и используем всякие другие образы, чтобы описать неумение или невозможность в какие-то моменты телесный процесс заметить. Как так выходит?

Для человека, в основном, существует та часть реальности, которую он замечает. Вместо слова “замечать” можно использовать слова “осознавать” или “быть внимательным к”. Человек может замечать разные процессы и их результаты. Например, результаты процесса восприятия мы замечаем как предметы во внешнем мире. Результаты процесса мышления как всяческие идеи, значения, логические построения, воображаемые сущности, образы памяти и пр.. Результаты процесса мотивации как нужды, желания, стремления, эмоции и пр. А результаты процессов телесного существования, или жизни, мы замечаем как ощущения. Вообще, существуя в мире, мы постоянно разворачиваем все эти процессы одновременно и целостно. Сама идея разделения на процессы возникает от того, что фокус внимания ограничен и единомоментно направляется на что-то одно. В этот момент для сознания перестает существовать все остальное. Это означает что, когда я перестаю замечать телесный процесс, мне может показаться, что его нет или я существую каким-нибудь отдельным образом, например, “в голове”. Голова – тоже часть тела, но в европейских языках принято метафорически помещать процесс мышления в голову, поближе к глазам, ушам, носу, рту и большому мозгу. И туда же помещать психику – научное слово для того, что раньше называли душой. А дальше – дело привычки направлять свое внимание на тот или иной процесс. И если есть привычка не замечать телесный процесс, то можно считать, что я отделена от тела, но связана с ним чисто номинально. А если замечать время от времени, то можно воспринимать тело как отдельный объект и строить с ним отношения. Конфликтовать, дружить, договариваться, уступать и пр.

Поскольку фокус внимания ограничен, большую часть времени так живут все люди. Мы становимся бестелесными в рамках своей психики, игнорируя телесный процесс. Вопрос кто тогда я? К какому из процессов я приравниваю себя? И возможен ли этот процесс без тела?

Когда я произношу “я телесный гештальт-терапевт”, я имею в виду, что, во-первых, я умею быть внимательной к телесному процессу во мне и в другом; во-вторых, выражать свой интерес и внимание к телу таким образом, чтобы у другого эти внимание и интерес развивались. Как можно быть внимательным к телесному процессу? Через то, чтобы замечать телесные ощущения, не отвлекаясь на образы, мысли и пр. от того, что происходит непосредственно в теле. К сожалению, язык описания телесных ощущений скуден. Поэтому у человека мало возможностей определить процесс, который разворачивается в теле. Но какой-то язык есть. И его можно развивать. Если вы сейчас прикроете глаза и почувствуете, что происходит в вашем теле, вы наверняка заметите какие-то ощущения. Часть из них окажется неприятными и даже болезненными, часть холодом или теплом, где-то тянет, где-то твердо, где-то мягко. Возможно, у вас есть какие-то свои способы называть ощущения, например, по руке “бегают мурашки”.

Пока я писала этот текст, я обращала много внимания на язык. Я обещала писать просто, но ловлю себя на том, что не получается. Приходится выдумывать слова, отказываться от привычных конструкций и придумывать новые формы построения фраз. Вынуждена признать, что до конца и не получится. Потому что наш привычный способ говорить о чем бы то ни было проводит границу между мной и тем, что я называю. И непременно упрощает явление, которое я описываю. Язык обладает функцией, про которую больше знают психоаналитики, чем лингвисты. Это успокоение и поддержание интереса. Когда мы приходим в мир, головной мозг еще девственен. В нем нет связей, позволяющих нам отделять одно от другого, понимать, к чему готовиться, и что делать. Поэтому нас переполняет хаос. Мы мобилизуемся, чтобы переработать его и выжить. Младенец мог бы испугаться, если бы он умел отличать внешнее от внутреннего, пугающее от не пугающего и назвать свое состояние страхом. Постепенно мы учимся отличать одно от другого, группировать состояния, эмоции, мысли, предметы и многое другое. Взрослые помогают нам отделять важное от неважного, разобраться что к чему. В том числе они дают имена: “тебе жарко”, “ты голодный”, “ты усталый” и пр. Знание себя, описанное в словах, успокаивает и открывает дорогу интересу. Одновременно отделяет от тела и позволяет сделать шаг ему навстречу.

Став взрослыми, вновь сталкиваясь с чем-то нераспознаваемым, некатегоризуемым, неназываемым, мы частично возвращаемся в море неструктурированной информации, окружавшей нас во времена до владения словом. И, если я не привыкла уделять внимание и разбираться в телесных ощущениях, то попытка обратиться к ним вернет меня к хаосу. Иногда проще испугаться, разозлиться, застыдиться – потому что это понятнее и, как ни странно, спокойнее, чем наблюдать за неведомой фигней происходящей прямо сейчас внутри меня. Но чтобы побыть единым телом-собой важно дать время и место вниманию к неведомому, происходящему в теле. А чтобы было спокойнее, можно вооружиться словариком. Про ощущения есть статья http://www.bodygestalt.com/articles/oshchushcheniya и есть лекция с вариантом категоризации телесных процессов

(где-то с 27 минуты)

Продолжение следует…

P.S. А интенсив в этом году снова будет. Туда можно поехать клиентом – замечать телесные процессы, терапевтом – тренироваться поддерживать эти процессы в контексте разных клиентских запросов, супервизором – учиться поддерживать терапевта в осознавании совего телесного процесса, понимании телесного процесса клиента и того, как все это взаимодействует друг с другом в процессе работы. Осторожно, есть побочные эффекты, в виде повышения чувствительности и общего уровня энергии. 19-27 августа. Под Тверью.
https://www.facebook.com/groups/1132044540273303/about/
При оплате до 1 июня дешевле.

Пожалуйста, комментируйте по ссылке в La Psychologie Verte.

Tags: гештальт, интенсивы, популярная психология, психофизиология, телесность, телесные практики, тело-Я
Subscribe to Telegram channel ta
Subscribe

Posts from This Journal “телесные практики” Tag

promo ta september 3, 2017 14:03 Leave a comment
Buy for 50 tokens
Обнаружила, что моя запись про меня-психолога изрядно устарела. Пришло время обновить. И так на момент начала 2017 года меня все еще зовут Татьяна. И я занимаюсь индивидуальным психологическим консультированием и гештальт-терапией. То есть разговариваю с людьми один-на-один, чтобы вместе обсудить…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments